archi_m_boldo (archi_m_boldo) wrote,
archi_m_boldo
archi_m_boldo

Categories:
Одна знакомая старушка всю жизнь избавляется от лишних, как ей кажется, вещей. Она все выбрасывает. Даже подарки, которые ей дарят в день рождения, в скором времени, как правило, оказываются на помойке. В доме хранятся только фотографии предков по материнской линии, с конца семнадцатого века ведущих свой род от известных московских священников, кузнецовский сервиз на двенадцать персон, да подвенечное платье и венчальные свечи бабушки и дедушки, родителей отца, принадлежавших к зажиточному московскому купечеству. В этой ее привычке, как ни эгоистично это звучит, есть для меня и положительная сторона — недавно мне удалось спасти от уничтожения и прописать в своей квартире комод с туалетом орехового дерева и столик для рукоделия, подаренные в 1905 году на свадьбу красавице Марии Григорьевне, давно почившей бабушке моей старушки.

Вещи эти, поселившись в моем доме, привезли с собой массу неведомых мне воспоминаний, и часто, глядя в помутневшее зеркало резного туалета, я вижу тень юной и полной надежд Машеньки в подвенечном платье, украшающей свои тщательно убранные непослушные волосы букетиком флёрдоранжа.

Другая моя знакомая старушка, напротив, никогда и ничего не выбрасывает. Привычка эта досталась ей от родителей, а тем, в свою очередь от их родителей, которые купили в начале прошлого века квартиру в одном из тихих московских переулков. Прожили они там всю жизнь, оказавшись в конце концов в комнате для прислуги, никогда не делая ремонта и не выбросив не только ни одной вещи, но даже ни одной бумажки, включая списки покупок за давно истекший месяц, протоколы заседаний жилтоварищества с разбором претензий друг к другу уплотнившихся жильцов, счетá за электричество и письма друзей, путешествующих по Италии.

Так же поступали и ее родители, жившие все в той же коммуналке в центре Москвы. Так же поступает и моя старушка, больше тридцати лет назад получившая за выселением прекрасную квартиру на престижной московской окраине и даже не имеющая представления о том, что такое ремонт.

Я очень люблю бывать у нее в доме, ведь старушка моя ко всем прочим ее многочисленным дарованиям еще и художница. А потому нагромождение годами копившихся вещей: старинной мебели, книг, картин на стенах, фарфоровых статуэток, состарившихся детских игрушек, сухих букетов в вазах, давно истершихся ковров — существует в удивительной гармонии друг с другом, с окружающим его пространством и с хозяевами квартиры. Ну а едва заметный слой пыли, покрывающий все это великолепие, только добавляет очарования этой своеобразной лавке древностей.

После посещения ее дома я всегда сожалею о том, что мы с мужем начинали свою жизнь с чистого листа, путешествуя с дорожной сумкой с одной съемной квартиры на другую. Нам нечем было дорожить, а с тем, что имели, было легко расставаться — из-за тесноты приходилось избавляться от всего ненужного. Надо сказать, что и пыль на книжных полках, добытых особыми стараниями при существовавшем в те времена дефиците, совсем не украшала наш убогий интерьер, что выработало стойкую привычку к ревизии всего имеющегося в доме и периодической генеральной уборке.

Но времена меняются, и, с расширением пространства обитания, жизнь моя обросла массой дорогих мне мелочей, начиная со старых поздравительных открыток и кончая пуговицами, в которые играла еще в детстве. Я уже не говорю про книги, которые всю жизнь путешествовали с нами с квартиры на квартиру, заполняя все новые книжные полки и не помещаясь в книжных шкафах. Вот и сейчас в коридоре стоят две сумки, полные книг, от которых просто невозможно было отказаться и место которым пока еще не определено.

У каждой вещи, волею случая попавшей в мой теперь уже просторный дом, своя история, которую стоило бы рассказать отдельно. Но сейчас мне хочется поведать другую историю, услышанную недавно от близкой родственницы, врача-психоаналитика из Нью-Йорка.

Многолетняя ее пациентка двадцать лет прожила с мужем (если только его так можно назвать) в гражданском, официально не зарегистрированном браке. Муж выпивал, сожительницу свою третировал (трудно поверить, что это происходило в Америке, где женщины с такой твердостью отстаивают свои права!), к тому же был он американским вариантом Плюшкина — тащил в дом всякий хлам. Собирал какие-то старые комиксы, плакаты, бейсбольные карточки и много еще чего-то с американской точки зрения ценного. Героиня же этой истории была как раз из тех, кто предпочитает расчищать пространство своего обитания и избавляться от всего ненужного. При этом избавиться от своего сожителя она так и не решилась. А потому за двадцать лет совместной жизни заработала бессонницу, целый букет неврозов и неразрешимых психологических проблем, с которыми и приходила на прием к врачу.

Однажды, во время очередного сеанса выяснилось, что муж пациентки умер, завещав ей мусор, заполнивший за эти годы съемную квартиру. И так как жилье нужно было срочно освобождать, женщина обратилась за помощью к антикварам.

И сколько же, как вы думаете, она получила за свои многолетние страдания, за испортившее ей жизнь барахло? Поверить трудно — два с половиной миллиона долларов.

Добавлю только, что, по словам моей родственницы, деньги не сделали ее счастливее. Хоть и купила она себе новую квартиру на Манхэттене и содержит ее в идеальной чистоте, но все так же регулярно ходит на прием к врачу, жалуется на бессонницу, целый букет неврозов и все тех же неразрешимых психологических проблем.

А я вот теперь, после всего услышанного, нахожусь в некотором затруднении: никак не могу решить, то ли мне заняться генеральной уборкой и ревизией скопившихся ненужных вещей, то ли предаться сладостной энтропии.

Но пыль с книжных полок все-таки вытру.
Tags: всякая ерунда, мшелоимство, старушки, чистая правда
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 75 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →